Лабиринт иллюзий

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Лабиринт иллюзий » Круг I: Тщеславие » Замок Короля Порока: Кунсткамера


Замок Короля Порока: Кунсткамера

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

http://s55.radikal.ru/i148/1001/3e/aaa0a3f08ebf.jpg

Несколько огромных залов, где можно бродить днями или месяцами. Множество витрин. Правильно поставленное освещение, позволяющее любопытному взору разглядеть мельчайшие подробности. Здесь собраны экспонаты самые отвратительные и самые восхитительные, какие только можно себе представить. От насекомых до более сложных организмов. От обыденного до волшебного. Шедевры таксидермистов и патологоанатомов. Мертвые, живые и почти живые. Те, чья агония длится вечность. Тела в причудливых позах или отдельные части, закрепленные на стендах. Говорящие головы, механические куклы, которые были когда-то людьми и потому так похожи на них, анатомические экспонаты волшебных существ в разрезе, странные гибриды людей и животных, всевозможные уродцы и те, кто добровольно пожелали стать частью коллекции, отдав за то или иное наслаждение душу и сердце. В зале слышны неясные шорохи, иногда тихие стоны, смех или плач. Попав сюда в качестве экспоната, уже невозможно сбежать, ибо сверхпрочное стекло, решетка, цепи, винты, спицы, булавки или заклинания держат накрепко. Если вас случайно окликнут из дальнего угла или, дабы привлечь внимание, постучат пальцем с обратной стороны колбы или витрины – не пугайтесь. Возможно, просто кому-то из огромной коллекции его величества стало скучно и не с кем поболтать часок-другой, пока мимо проходит вечность.

Отредактировано Эффутуо (2010-01-29 03:33:55)

0

2

» Оперный театр "Frenesia"

Вернувшегося в Замок Эффутуо ожидали два приятных сюрприза. Первым была долгожданная диковинка в виде чучела одного из должников его величества. Вторым – возвращение рыжей Лютеции, которая, что кошка, всегда гуляла сама по себе, где вздумается.
Гуляла не безрезультатно, надо сказать, и почти всегда приносила с собой какие-нибудь новости или просто забавный рассказ.
Пару столетий назад он стал ее поручителем перед смертью. Как было однажды обещано, незримой тенью держал за руку, пока бывшая куртизанка и доносчица, так отчаянно спешившая жить, девочка, подарившая когда-то странному изуродованному незнакомцу букет увядающих цветов, уходила в мир иной.
Договор между ними был простым. Асмодей забирает Лютецию с собой, и с тех самых пор мертвая рыжая принадлежит ему вечность.
К рыжей его величество был снисходителен. Проступок ее был не так уж велик. Во времена смуты и потрясений она просто пыталась выжить, а потому стоило ли так строго судить человека за то, что он проявлял основной свой инстинкт – самосохранение? К тому же, Лютеция была приятной собеседницей, а пара интимных «шалостей» скрашивали совместный досуг.
Яркий солнечный свет пробивался сквозь высокие окна. Играл на гранях стеклянных витрин, за которыми сонно шевелились, метались и бились о стекло или пребывали в забытьи странные и жуткие экспонаты.
Чучело мистера Купера, ростовщика из Третьего круга Лабиринта, стояло в одной из комнат, обряженное по последней моде и удивленно хлопало глазами, пялясь на Короля. Сложив на груди руки, его величество наблюдал за тем, как пара расторопных слуг накрывают чайный стол. Он не видел ничего предосудительного в том, чтобы поговорить с Лютецией в тишине, прохладе и уединении Кунсткамеры. Хотя вопрос уединения здесь был весьма спорным.
Купер, в отличие от некоторых других экспонатов, не мог говорить. Первое, что сделал таксидермист, отрезал ему язык. Драгоценный кусок плоти, благодаря которому мистер Купер так мастерски лгал, болтался в банке с формалином, которая стояла на стеклянной полке тут же. Бывший ростовщик с невыразимой мукой во взгляде косился на отнятый у него орган и только и мог, что беззвучно вздыхать.
Эффутуо откровенно издевался над новым узником Кунсткамеры, бережно поправляя кремовый атласный галстук новоприобретенной игрушки, стряхивая пылинки с бархатного рукава. По правде говоря, так хорошо и свежо мистер Купер еще никогда не выглядел. Мысли его величества крутились вокруг вопросов о том, какие новости принесла рыжая фаворитка и в каком платье она будет на этот раз.

+1

3

В замке Короля Порока звенел переливчатый смех, которого здесь не слышали уже давно, равно как и быстрого стука каблучков,  которые, казалось, отбивают ритмичную тарантеллу.  Смех приближался, разрушая обыденную мелодию стонов, вздохов и плача Кунсткамеры. Вслед за ним в зал, где находился Эффутуо, впорхнула маленькая рыжеволосая женщина, чьи карминно-красные губы улыбались, а янтарно-золотые глаза ярко горели. В такие моменты и не подумаешь, что Лютеция Флер-Сите мертва…
Ее долго не было. Путешествовала, моталась черт знает где и черт знает с кем.  Весть о возвращении плутовки быстро облетела замок и, кому-то уже встала поперек горла, что лишь забавляло Лютецию, как обычно готовую послать всех в такие дали, куда никто никогда не ходил. Она поспешила предстать перед тем, кому ее приход мог доставить удовольствие, и нашла бы его, даже если бы ей не сказали, где он.   
Смех прервался на пороге зала. Рыжая женщина, сбросив с головы капюшон и застыв на месте, открыто смотрела на Короля Порока. Ей нравилось разговаривать с ним взглядом, приветствовать так еще до того, как будет произнесено первое слово.
- Здравствуйте, сударь, - пропела Лютеция, скинув на пол свой плащ и ничуть не заботясь о его дальнейшей судьбе.
Склонившись в неглубоком поклоне, она направилась к королю, стягивая с тонких пальцев перчатки, которые затем  так же были брошены на пол и убраны слугами. 
Асмодей не менялся, как и всякий, обреченный жить вечно. В прорезях маски были все те же глаза цвета неба, наполненные древностью и пеплом ушедших эпох. Каждый раз, сколько бы Лютеция не отсутствовала, она начинала общение с того, что вглядывалась в облик господина. Вовсе не для того, чтобы найти что-то новое. Нет. Чтобы самой вспомнить о том, что куда бы она ни шла – и она неизменна.
Лютеция подошла совсем близко, протянула навстречу руки, как делала это всякий раз с момента своей смерти.   
- Я вернулась.
Солнечный свет, который радовал мертвую женщину, падал на белую кожу плеч, шеи и лица, делая ее похожей на статую или фарфоровую куклу.
Только после изучения внешнего облика Короля Порока, Лютеция обратила внимание на чучело человека рядом, чьи ресницы отчаянно хлопали в молчаливой муке.
- У вас новая игрушка, - улыбнулась уголком рта, скользнула взглядом по физиономии чучела и вновь стала смотреть на демона. – Но я надеюсь позабавить Вас не меньше, Ваше Величество.

+1

4

Утро было неестественно ярким. В саду заливались птицы. Зелень листьев и газонной травы буквально резала глаза. В залы Кунсткамеры свет просачивался шаг за шагом, как будто шел вместе с посетительницей, опережая на шаг.
Наконец в бесконечной игре света и отражений сменился рисунок. Худощавый молодой мужчина в угольно черном камзоле сделал несколько скользящих шагов по сверкающей поверхности пола. Ступал осторожно и мягко, как зверь.
- Моя дорогая, – ладони Асмодея накрыли ладони женщины, когда Лютеция приблизилась к нему. Ярко-красный лайк перчаток коснулся обнаженных пальцев.  Взгляд был пристальным. Лицо скрывала алая маска, и казалось, будто с половины лица лоскутом содрана кожа.
Нет, всего лишь свет и тень. Это  бархат.
Длинные крепкие пальцы пробежались по рыжим прядям, выбирая из них лепестки.  Он знал, как она торопилась.  Цветущие яблони осыпали ее белыми крупными хлопьями. Отцветая к полудню, они плодоносили к вечеру, теряли листья к ночи, а утром зацветали вновь.
Тыльной стороной ладони Асмодей огладил женщину по щеке,  любуясь. Некоторые сохраняют исключительную красоту и после смерти. Хотя Лютецию Флер-Сите едва ли можно было назвать мечтой художника.
- Это мистер Купер. Лютеция Флер-Сите, - усадив женщину за стол, сервированный тончайшим фарфором и блестящим серебром, Эффутуо посчитал необходимым представить чучело фаворитке, раз ее заинтересованный взгляд упал на очередной шедевр таксидермиста. – Он задолжал мне, - пояснил демон, не желая вдаваться в подробности. Мистер Купер зажмурился то ли от стыда, то ли от муки.
Здесь все были немного не в себе, каждый по-своему и в разной степени. Несмотря на то, что голос Короля Порока звучал с медовой мягкостью, где-то на периферии слуха в нем слышалось неизменное  змеиное шипение и треск погребального костра.

0

5

Бедному мистеру Куперу Лютеция сказала вежливо, что ей очень приятно, хотя в действительности, не будь он диковинным экспонатом Эффутуо, было бы совсем все равно. При жизни эта женщина, даже будучи циничной, жалела многих, но, умерев, поняла, что в Лабиринте каждому достается по заслугам, каждого по-своему можно пожалеть. Только вот времени не хватит – все со своим проклятьем, уродством и камнем за пазухой. Что до сочувствия... О нем не может быть и речи. Эту редкую птичку здесь вряд ли встретишь.
- Мой дорогой король… – произнесла Лютеция негромко. Грехами несчастного мистера Купера интересоваться не стала  – их на самом деле не так уж и много, так что какой-нибудь из или все разом. Если Король Порока захочет, он сам расскажет историю своей новой игрушки, а она с удовольствием его послушает. А пока он хотел слушать ее. Флер-Сите это чувствовала.
- Как хорошо возвращаться в ваши владения и видеть, что у нас по-прежнему цветут каждый день яблони, утром ярко светят лучи солнца…
Лютеция не отводила взгляда от красной маски напротив. Руку демона отпустила только в самый последний момент, перед тем как сесть на предложенный стул. Так привыкла – держать за руку.
- К счастью или к несчастью – иной раз сразу  и не разберешь, как вы знаете, - не везде все так неизменно.
Голос плутовки стал таинственным. Как Шехерезада, она улыбалась, готовая рассказать еще одну из своих тысячи и одной сказок.
Сверкнув  янтарными глазами, Лютеция тихонько шикнула на слуг, желая, чтобы их с королем оставили наедине. Сплетни все равно разнесут так или иначе, но пусть хотя бы потрудятся для этого – подслушают.
Мертвая фаворитка Эффутуо, упорно отказывающаяся признавать себя таковой, поднявшись,  принялась собственноручно разливать чай, слегка склоняя стан над столом. Аромат его сплетался с запахом ее рыжих волос – сладковатым яблочным тленом.
- Я была во владениях Короля Чумы и знаю кое-что о Прекрасном Далеко... – прошептала, Лютеция, улыбаясь.

0

6

В отличие от двух других повелителей Лабиринта, Эффутуо никогда не гнался за избыточной властью, не алкал единоличного правления, не сотрясал воздух проклятиями или требованиями. Все, что необходимо – у него было и так. Кроме любви. Но, право слово, какая мелочь, когда ставки столь велики. И все Короли были на своих местах. Местах, чертовски удобных ему. А он, единственный из троицы, обладавший обликом близким к ангельскому, успешно исполнял роль вечно молодого повесы, которому не хотелось взрослеть вот уже несколько тысяч лет.
Все это было удачно сработанной маской, и зеркала иной раз отражали совсем иной облик, нежели тот, что видели два Короля и прочий народ Лабиринта.
- То, что Эрра погиб, я уже знаю, - сказал демон, от любезности мгновенно переходя к деловому тону. - И то, что Ишум сватался к Анне - тоже.
Запустив пальцы в волосы, Асмодей развязал узкую шелковую ленту, открывая лицо. Волосы утратили яркость золота. Лицо было похоже на растрескавшуюся от засухи белую землю. Мраморные губы кривились в подобие улыбки. В разомкнутой щеке ворочался красный, влажный язык. Лоскут кожи, который он пришил, чтобы хоть как-то скрыть уродство, истончился, превратился в пергамент и иссох. Живыми были только глаза, цвета чистой лазури, обманчиво чистые, ясные, как два драгоценных яхонта.
Так было всегда.
Глаза мистера Купера поползли на лоб, после чего чучело ростовщика зажмурилось. Эффутуо подался вперед, потянулся к рукам женщины. Всегда хорошо помнил, какие чуткие у нее ладони. Волосы демона были белыми как молоко. Асмодей лег правой щекой на сложенные руки, подставляя левую. Скривился в привычной скошенной на один бок улыбке и шепотом произнес:
- Рассказывайте.

+1

7

Так было всегда. Древнему существу, как и любому другому мужчине нужны были  ее истории или ее ласка.  Но в случае с Эффутуо все обстояло еще лучше – он ценил оба ее умения, тогда как многие другие предпочитали только второе.
Взглядом Лютеция внимательно следила за движениями демона, любовалась красотой и уродством.  Только после смерти поняла, что именно этим он и привлек ее в детстве. И чем-то еще… Ах, да. Одиночеством старика.
Прежде, чем заговорить вновь, рыжая женщина наклонилась к лицу Короля Порока и невесомо поцеловала гниющую плоть левой щеки.
- Пусто место не бывает, - прошептала она на ухо демону и отстранилась. - Le roi est mort! Vive le roi!
Иной мир, мир иллюзий, но, будучи связаным с миром людей, Лабиринт жил по тем же законам, теми же заботами, ничтожно мелкими и возвышенно глобальными. Главное, чтобы было удобно и можно было бы жить так, как хочется, считала Лютеция, разделяя мнение своего господина.
Мягко отняв у демона свои руки, рыжая рассказчица предложила больше: она присела королю на колени и нежно прислонила ангельски-светлую голову к своей груди, ощущая, что рядом с ее кожей извивается красный язык Асмодея. Придвинув к себе свою чашечку с чаем, Лютеция сделала глоток, вернула ее на стол, и продолжила.
- Вместо погибшего Эрры появился Король Крыс, - одной рукой мертвая гладила Эффутуо по щеке, перебирала тонкими пальчиками молочные пряди волос, а другой – водила по его ладоням, скрытым под тканью перчаток.
- Каким ветром его принесло – неизвестно. Признаюсь, что, услышав эту весть от моих подружек-птичек, я представила себе огромную трехголовую крысу с коронами на каждой макушке. Вообразите мое разочарование, когда я увидела, что у этого демона всего одна голова! – Лютеция в притворной досаде вытянула вперед нижнюю губу. – В замке царствует тьма и полчища больших, красноглазых  крыс. Крысиного короля я видела сверху, мельком, но и так могу сказать, что ничего интересного, кроме хвоста.
Лютеция замолчала, пристально вглядывалась в лазурь нечеловеческих глаз, будто пыталась прочесть мысли Короля Порока.
- Никто теперь не сватается к Анне. Сгинули оба – и Ишум и королева. Бывшая. На Воздушных островах так же поменялась власть. Ими ныне правит Оберон из рода Дини Ши.

Отредактировано Лютеция (2010-10-10 22:40:22)

0

8

- …Дини Ши, - эхом повторил Эффутуо, обхватив ладонями лицо женщины и притягивая Лютецию к себе. Взгляд янтарно-карих глаз встретился с холодной лазурью. «Смотри-смотри на меня. Дай мне увидеть прошлое и настоящее твоими глазами. Глазами птиц, что поведали тебе это». Асмодей творил чары. Точнее, «чарами» была сама его суть. Соприкосновение взглядов чем-то отдаленно напоминало поцелуй. Глаза в глаза, воспоминания к воспоминаниям, один мозаичный кусок к другому. Краешек к краешку, впритык.
Среди ворон, которые кружились над замками Короля Чумы и Короля Страха будто бы случайно оказалась маленькая, яркая птичка кардинал, летевшая из далеких земель Прекрасного Далека в древний сад, где ее ждал Асмодей.
Не почтовый голубь, гонец куда более важный.
- Какие занимательные новости, - иронично протянул демон, после чего поцеловал Лютецию, благодаря и за ласку и за неожиданные новости.
Ветер менялся, а это означало, что надо следовать ему. Будучи духом ненавидящим и завистливым, Король Порока, тем не менее, предпочитал войне сотрудничество. Зачем зря тратить силы, если можно все или почти все обратить в пользу для себя?
Неожиданно он рассмеялся:
- Еще немного, и монаршьи должности станут выборными, - ладонь в красной лайковой перчатке очертила линию обнаженного плеча женщины. – Астарт опять пропустил самое интересное. Ну, что? Будем ему говорить или подождем, пока узнает сам? – мягкий, осязаемый смех наполнил пространство стеклянной залы, прошелся из одного ее конца в другой. От этого тихого звука задрожали стекла, мелким звоном завибрировали штативы, на которых крепились экспонаты, и маленькие серебряные ложечки. Чучело мистера Купера  скривило недовольную мину и, казалось, разразилось бы площадной бранью, если бы могло говорить.  Эффутуо хитро улыбнулся своим мыслям и спрятал лицо в рыжих локонах бывшей куртизанки Флер-Сите.

+1

9

Взгляд, сильный как объятья, колдовской взор проникающий в глубины сознания. Все, что уже случилось вихрем пронеслось в голове, словно сюрреалистическое кино. В такие моменты Лютеция Флер-Сите поначалу неизменно вздрагивала всем телом, как пойманная в силки пташка. Мертвая, но все же слишком человек, чтобы не содрогаться при соприкосновении с умом в сто крат более древним. За столетия так и не привыкла, но заметила, что испытывает потребность в таком тесном  общении с  господином.
Безропотно и даже со странным, болезненным удовольствием позволив Королю Порока увидеть самому  то, о чем она рассказывала, женщина с улыбкой приняла поцелуй.
Ветер менялся и, Король Порока готов был внимать переменам. Дух зла, старик с лицом молодого повесы, словно искусный игрок в шахматы, с азартом следил за ходом партии.  А как еще скоротать вечность?
Демон смеялся и, Лютеция явственно слышала в его обманчиво мягком смехе рычание опасного зверя. Опасного и хитрого, как тысячи бесов.
- Его Величество Страх, - проговорила рыжая, словно прошипев, - очень скоро и сам все узнает. Вам не придется долго ждать.
Рассеяно переплетая пальцами волосы Эффутуо, склонившего к ней голову, Лютеция то и дело легонько припадала к ним губами, вдыхала запах.
- Что-то подсказывает мне, что новый чумной король мало чем отличается от предыдущего и от ваших собратьев по положению в целом. Он захочет дать знать о себе, заявить о своей власти.
Лютеция тихонько приподняла лицо демона за подбородок, чтобы видеть, что выражают глаза и губы белокурой бестии. Каков же будет следующий шаг ее короля?

Отредактировано Лютеция (2010-10-11 22:09:48)

0

10

- Власть развращает, - хохотнул Эффутуо. – И чем больше, тем лучше. Пусть распробуют. Гордыня, гнев, стяжательство… - сейчас он перечислял пороки так, будто говорил о долгожданных лакомствах. Впрочем, для Асмодея они таковыми и являлись. Когда гневался Астарт, когда бесчинствовал Эрра, Король Порока устраивался поудобнее в амфитеатре боевых действий и сполна собирал свою долю низменных ощущений обоих соправителей, иногда нарочно растравливая их. Сам по сути безразличный ко многому, он, тем не менее, со вкусом питался чужими чувствами, день ото дня, век от века, тысячелетие за тысячелетием становясь сильнее.
– Для начала следует познакомиться, - демон снял с бледной жилистой руки перчатку и покрутил ею в воздухе. Прохладные пальцы проникли в декольте Лютеции, как будто искали прежний горячечный жар в сердце. Но женщина была холодна и мертва. Разве что все такой же бархатно нежной была ее кожа. И запах. Лютеция пахла не тленом, но медом.
И правда, Крысиного Короля и Оберона надо бы хорошенько изучить. Без дипломатических визитов, разумеется, не обойдется. Что же до Оберона, кто бы ни сел на трон Прекрасного Далека, он будет вынужден нести примерно такое же бремя обязанностей, которое несли три Короля Лабиринта. Хаос или Порядок – в данном случае никакого значения не имело. А значит, по сути, все будет идти своим чередом.
Одно беспокоило Эффутуо. Не было ли исчезновение Эрры, Ишума и Анны делом рук одного из новых правителей. Интриги – основной двигатель политики и… кадров. Параноидальная мысль вспыхнула в сознании горящей галочкой на полях умозрительных заметок. Он вернется к этому позже. После того как покрутит и так и сяк изучаемый объект.
- Одна голова хорошо, две лучше, а три – некрасиво. Хотел бы я на это посмотреть, - рассеянная улыбка. Длинные крепкие пальцы отбили на крышке столика четкую дробь. – Но хватит о политике, моя дорогая. Видели ли вы что-нибудь веселое во время вашего путешествия? – снедаемый вечной тоской демон всегда подробно расспрашивал возвращавшихся из дальних путешествий гонцов в надежде услышать очередной захватывающий рассказ или сплетню.

0

11

Вот уже несколько столетий парижанка, умершая от чахотки, наблюдала за демоном порока, выделяя его среди других. Что есть война или чума? Лишь порождения все тех же человеческих грехов, их уродливые и прожорливые дети, Сциллы и Харибды, смердящие, поедающие и сгнивающие, чтобы потом дать жизнь новым порокам.
Она знала силу и коварство Асмодея, и никогда не спешила высказывать свое мнение, играть роль советчика, пока Король Порока не попросит сам. Но все же, слушая Эффутуо, Лютеция понимала, как малы крупицы той информации, что она принесла, и потому проговорила мягко:
-   Познакомьтесь, мой король, но… Пташки поведали мне и о своем горе. Одна из них залетела в бывший тронный зал Чумы и не смогла выбраться. Сестры слышат ее крик, однако, видимо, выхода она не находит. Все меняется, все течет. У нового короля свои ловушки, о которых мы пока не знаем.
Продолжать мертвая женщина не стала, зная, что демон поймет ее без слов – лучшее место встречи с неизвестным противником – нейтральная территория.
Предостерегала, берегла, пусть бы и от малого. Как умела. Так что ж? Ведь она подписала договор теми скромными, увядающими цветами.
Тугая ткань корсета сопротивлялась напору прохладных, мужских пальцев, теснее прижимая их к мертвой женской груди, которая едва заметно трепетала, будто живая.
Как правитель из сказки, Асмодей желал услышать новую историю сразу после первой и, на этот раз, веселую. Лютеция согласно кивнула, поцеловала короля в гниющую плоть и чуть лукаво улыбнулась.
- Ваше Величество, разве вы не чувствуете зловонного запаха крыс на моей коже? – спросила женщина, хотя сама не ощущала ничего. – Даже если его и нет, мне хочется смыть само упоминание о нем. – Лютеция нежно обвила руками шею демона, заглядывая в лазоревый омут глаз. – Пойдемте, я расскажу вам о своих путешествиях среди вод и ароматных масел?

Отредактировано Лютеция (2010-10-12 18:57:37)

+1

12

Демон кивнул. В их случае тысяча и одна ночь могли стать не просто метафорой. Асмодей мастерски играл не только с людьми, но и со временем. Собирал ценные мгновения, сохранял в янтаре вечности. Рассматривал потом, как ребенок перебирает разноцветные камешки. Смаковал каждое воспоминание, как  богатый старик, тоскующий по молодости. Мимолетно возвращал к жизни отражением в зеркалах, отзвуками стонов, отблесками пламени.
Иной раз, когда в верхушках деревьев шумел теплый весенний ветер, он, как змей, менял кожу и чувствовал себя почти новорожденным. Жадно припадал губами к грудям очередной женщины и требовал все больше и больше страстей, пока не выпивал и этот сосуд до дна, не высушивал душу до звенящей пустоты хрустального графина.
Король Порока аккуратно ссадил Лютецию с колен. Провел ладонью сверху вниз параллельно лицу и вновь стал прекрасен и молод. Иллюзия легла ровно, шов ко шву, впритык. Золотым песком, светлым пшеничным цветом рассыпались по плечам ангельские кудри, глаза приобрели цвет глубокого синего неба или моря. Ни говоря ни слова, он взял женщину за руку. Сделал это обманчиво бережно, будто красавица Флер-Сите была все той же маленькой девочкой, подарившей ему увядшие цветы.
То ли шелест одежд, то ли скольжение сильного змеиного тела. Чучело мистера Купера с тоской и завистью смотрело вслед Королю Порока и рыжей женщине, кторая рука об руку ушла с его заклятым врагом и мучителем. Красная перчатка и маска рассыпались в пепел. Прах подхватил невесть откуда взявшийся ветер. В чашечках на столе остался никем не тронутый чай.

» Замок Короля Порока: Купальни

0


Вы здесь » Лабиринт иллюзий » Круг I: Тщеславие » Замок Короля Порока: Кунсткамера


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC