Лабиринт иллюзий

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Лабиринт иллюзий » Книга Заклятий » История болезни


История болезни

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

...

Отредактировано Кристоф (2010-03-14 13:50:39)

0

2

0

3

Ты с ума, наверно, сходил не раз,
Строил, жег мосты,
Как и тот, о ком я веду рассказ,
Что забудешь ты.

Сумасшедший искренен и жесток –
В этом его жизнь.
Он герой зачеркнутых кем-то строк
И одной души.

Жарко биться сердцу во тьме плаща,
А рукам неметь.
Он не научился, увы, прощать –
В этом его смерть.

(с)Сфандра

Сквозь закрытую дверь отчетливо пробивались голоса спорящих. Свет беспощадно слепил, проникал через тонкую кожу сомкнутых век, приносил нестерпимую боль. Кристоф недовольно поморщился и попытался прикрыть рукой глаза. Попытка вышла неудачной, пошевелить конечностью он не мог по одной простой причине - та оказалась привязана к кровати, на которой он лежал. Впрочем и ноги не обошли без внимания.
-Говорю вам, его опасно выпускать, он опасен. Как для вас, так и для себя.
-Но мы не можем так его оставить, он же сойдет с ума.
-Он и так сошел. Разве в трезвом уме станут сводить счеты с жизнью?!
-Но...
-Никаких но, мы оставляем его здесь как душевнобольного и обеспечим должным лечением.
-Прошу вас, выпустите его. Тут ему не место, он же не такой как все.
-А, вы имеете в виду его уродство?
Кристоф заскрипел зубами в бессильной злобе. Решать его судьбу без его ведома, да как они только посмели? Зачем вообще вытащили его из лап смерти? Чтобы вот так насмехаться? Обзывать уродом? Привязывать к кровати и пичкать всякими снадобьями от которых потом весь день будто пьяный? Сволочи!
Голоса удалились, отчетливо слышался плач женщины. Кто она? Сестра? Мать? Он не помнил. Голова была словно набита ватой, тяжелая. Последнее, что всплыло в памяти, так это тонкие струйки крови, вытекающие из вен, когда он проводил по ним своим лезвием. И стойкое ощущение полета и эйфории. Да, кажется, он напился тогда. Лежал в какой-то подворотне.
Кристоф дернулся, раз, другой. Тщетно. Слабость накатывала волнами и он со стоном провалился в очередное небытие.

Отредактировано Кристоф (2010-02-26 21:14:16)

0

4

Кристоф прильнул к замочной скважине. Сердце бешенно колотилось. Что будет, если его застанут за подслушиванием разговоров родителей? От страха подгибались коленки. Мать порой срывалась на крик, отец был нарочито спокойным, но дрожь в голосе выдавала его.
-Что мы будем делать, Сандр?
-Успокойся, пока же все обошлось.
-Да, но слуги уже начинают распускать слухи. На меня косо смотрят. А вдруг они отнимут моего мальчика, моего Кристофа?
-Кристина! Сколько раз тебе повторять! - отец резко перебил мать, а за дверью Кристоф с силой зажал свой рот, чтобы не вскрикнуть, - Нет никакого Кристофа! Прекрати потакать ее странным прихотям! У меня нет сына! Только дочь!
Послышался звон упавшей вазы, тихий плач матери.
-Сама посуди, таблетки, всякие яды. Один раз я застал ее с лезвием в руках. Отобрал, не смотри на меня так. Это все ваши женские штучки. Нормальный мужчина бы не стал так поступать.
-Но надо же что-то решать, что-то делать! Я собираюсь отвести его, - мать тут же поправилась, - ее к доктору. Ее смущает ее тело. Она мучается.
-Не смей! Мы сами справимся!
Кристоф тихо встал, стараясь не производить лишнего шума бегом помчался в свою комнату. Розовая ткань по стенам, платья в шкафу, как же это все осточертело! Отец упорно не замечал и не желал видеть, что он юноша. Гулкий удар в стену и злое шипение от боли. Раз так, он им докажет, что он мужчина!
Ночью дом вымирал. Босиком ступая по густому ковру, Кристоф приблизился к двери отцовского кабинета. В этот раз у него все получится! Сегодня кончится его страдание. Торжествующая улыбка тут же озарила его бледное лицо. Больше не будет унижения, шепотков за спиной, обидных тычков и злого смеха!
Отец не имел привычки запирать кабинет, а значит можно спокойно сделать свое дело. Для такого случая Кристоф приоделся. Парадный темно-синий мундир военной академии, куда его не взяли, кипельно белая рубашка с воротником стоечкой, обтягивающие брюки со стрелками в тон мундиру. Портреты предков взирали на него с негодованием, как показалось Кристофу, но юноша в эту ночь был смел. Удивительно было то, что он был спокоен. Умиротворение одним словом.
Семейная реликвия, дедовская шпага висела на своем привычном месте - над креслом отца. Она-то и была нужна Кристофу. Юноше казалось, что пронзить себе сердце - поступок достойный мужчины. Медлить было нельзя, отец порой имел привычку сидеть в примыкающей по соседству библиотеке, или мог зайти просто так. Кристоф сдернул шпагу со стены и несколько мгновений неотрывно смотрел на оружие в своей руке. Рукоятка была удобная, но непривычный вес клинка уже доставлял неудобства - рука клонилась вниз. Для исполнения задуманного, Кристофу пришлось выйти на середину комнату. Сделать глубокий вдох, закрыть глаза и с силой вонзить оружие в грудь. Все было до неприличия просто, а значит на этот раз успех ему обеспечен.
Юноша приготовился, уже сомкнул веки и почувствовал, как тонкое длинное лезвие протыкает ткань мундира, касается кожи... В следующий миг его с силой толкнули на спину, а оружие выбили из рук так и не дав довести дело до конца. Чьи-то руки скрутили вырывающегося Кристофа, прижали к полу. Рядом заходилась в рыданиях мать, отец что-то орал...
Неудача. Его выдала служанка, заметившая чей-то силуэт в темном коридоре и принявшая Криса за вора.
-Пусти! Пусти меня! - предательские слезы отчаяния застилали глаза.
-Сандр! Что нам делать? Наша девочка...
-Сколько вам раз повторять, я не девушка! - рядом кто-то ахнул, - Я Кристоф! Меня звать Кристоф!
Его рывком поставила на ноги и тут же отец с силой влепил ему пощечину. Лицо родителя побелело от ярости, крылья носа раздувались, глаза блестели от злобы.
-Что, что уставился? Видишь, нет во мне ничего женского! Спроси у нее - Кристоф мотнул головой в сторону служанки, - Она подтвердит! Ну же, Мила, скажи как мы славно повеселились в прошлом месяце!
Девушка прикрыла лицо руками., Кристоф безумно засмеялся.
-Ах ты тварь! - отец с силой дернул юношу за отвороты мундира, - Да я тебе шею сверну, гаденыш!
-Давай! Ну же, сделай это! Убей меня!
Сандр оттолкнул отпрыска к стене, где его тут же подхватили руки охранников, но Крис продолжал вырываться и кричать.
-Ну, чего ты стоишь! Можешь придушить меня, заколоть да хоть свернуть шею! Это же по-твоему смерть для настоящего мужчины?!
Отец не выдержал и ударил кулаком в челюсть юноше. Дальше наступило долгожданное забвение.

Отредактировано Кристоф (2010-05-09 23:48:17)

0

5

Мой бумажный кораблик
хотел покорить океанские волны
Где искать теперь берег
и как обреченность смыслом наполнить?...

Мне бы – в траву на окраине леса
лечь и забыть о неразрешенном
Ах, эта явь – ледяные компрессы
Ах, это Солнце – сплошные ожоги…
Мчатся по прериям дикие кони
Дождю подставляю лицо и ладони
Я – в коме, и я совершенно не помню:
                                    ЗАЧЕМ Я ЗДЕСЬ ?

Солнца луч на подушке
И ветер колышет светлые шторы
Я боюсь шелохнуться, -
А вдруг это – сон, что окончится скоро?...

(с) Flёur

Его заперли в пустом помещении. Окошко под самым потолком, прикрученная к полу кровать, крепкая дверь - ни одного шанса на побег. Еду приносил молчаливый человек, не откликающийся на вопросы и даже крики Кристофа. Первое время он ничего не ел, надеясь помереть с голоду. Его вновь привязали и насильно заставляли пить какие-то снадобья, вливали в рот бульоны и каши. Кому-то было необходимо, чтобы он жил, кто-то с удивительным упорством не желал мириться с его смертью.
Больше попыток голодовки он не делал, хотя здешняя еда его не устраивала. Откуда-то из подсознания всплывали картины диковинных яств, причем каждое из них Кристоф помнил на вкус. Память была пуста.
Пару раз приходили люди - седая женщина с худым морщинистым лицом и опухшим от слез лицом. Иногда она была в компании крепкого, поджарого мужчины, никогда не смотрящим Крису в глаза. Был еще мужчина в сером, бывшем когда-то белом халате. От него пахло эфиром и какими-то химикатами. Он единственный не высказывал при виде Кристофа никаких эмоций, за что последний был ему мысленно благодарен.
Иногда они беседовали каждый день, порой Кристоф проводил в одиночестве долгие недели. Ему приносили книги, но никогда не разрешали покидать пределы его "тюрьмы".

Отредактировано Кристоф (2010-02-26 21:13:40)

0

6

"И когда это маска превратилась в лицо? И когда лицо стало маской? Не в ту ли самую ночь, когда звёзды впервые посмотрели мне в глаза и улыбнулись? Или теперь, когда рядом со мной спит, улыбаясь, любимая женщина? А когда она откроет глаза на рассвете, я вновь увижу звёзды. Они всегда буду со мной. И днём и ночью.
Так что же это выходит? Неужто маска оказалась лучше лица? Она с таким успехом его заменила. А мне от этого так хорошо... Так хорошо, что страшно делается. Но ведь маска не может быть лучше лица. Так не бывает. Вот разве что... вот разве что я всю жизнь прожил в маске, вот так вот родился и жил, не ведая, что под ней есть ещё что-то. А потом ночное небо прожгло в ней дыры своими звёздами, и моя маска перестала быть совершенной. Я не мог не замечать, я не мог не думать..."

(с) С.Раткевич "Искусство предавать"

0

7

Они часто беседовали - Кристоф и доктор, которому поручили исцелить юношу от его безумия. Безумия доктор не нашел, а вот некоторое помутнение рассудка, свойственное всем депрессивным личностям было налицо. Но это не помешало ему оставить юношу у себя, для того, чтобы по желанию отца "вернуть любимую дочь". Имени этого мудрого человека Кристоф не знал, так что обращался к нему на "вы" или же просто "док".
-Эй, да у вас кажется морщины появились! - от внимательного взгляда юноши мужчина тут же отвернулся.
-А ты не меняешься.
-Так с чего же! Я молод душой, которая не дает состариться телу. - сегодня у юноши было на удивление приподнятое настроение.
-Но это меня удивляет. И немного пугает. Ты под моим наблюдением уже три года, но я ни разу не видел как ты бреешься. И даже ни одного седого волоса, что обычно случается при нервных срывах. Странно.
-Ну, по правде говоря, я никогда не брился. Полагаю, это еще одна удивительная особенность моего тела.
-Все может быть, мой мальчик, все может быть. - со свойственной его задумчивостью ответил доктор.
Со времени его первого дня, в его камере многое изменилось: появились книги, столик с настольной лампой. Теперь каждый день Кристоф вел дневник, который они с доком обсуждали по вечерам. Лекарства, прописанные ему, юноша по привычке выливал в унитаз, но и на это закрывались глаза. Ему надоело выдумывать способы своей смерти, хотелось наоборот жить, причем лишь для себя и в свое удовольствие.
-Вижу ты интересуешься химией. - доктор листал очередной талмуд, который в эти дни занимал Криса.
-Да, полезная наука. Всегда знания о различных веществах и их превращениях могут помочь в жизни, вы как думаете?
-Вполне. Так на чем мы с вами остановились в прошлый раз?...

0

8

-Ровно в полночь.
-Что в полночь?
-Приходите к амбару не пожалеете.
-Мне ухаживать некогда. Вы привлекательны, я чертовски привлекателен. Чего зря время терять? В полночь жду.
-Как вы смеете?
-Смею, дорогая моя, смею.
-Вы сумасшедший?
-Напротив, я так нормален, что порой сам удивляюсь.
-Вы негодяй!
-Да. А кто нынче хорош? Вот я например, вижу: летит бабочка, головка крошечная, безмозглая, крылышками бяк-бяк, бяк-бяк-бяк… ну дура-дурой! Воробушек тоже не лучше. Береза — тупица, дуб — осёл, речка — кретинка, облака — идиоты. Лошади — предатели. Люди — мошенники. Весь мир таков, что стесняться некого!
-Ну как, придете?
-И не подумаю! А еще пожалуюсь на вас мужу и он превратит вас в крысу!
-А кто у нас муж?
-Волшебник…
-Предупреждать надо. Был неправ, вспылил. Но теперь считаю своё предложение безобразной ошибкой, раскаиваюсь, прошу дать возможность загладить, искупить. Всё, ушёл.
(с) "Обыкновенное чудо"

0

9

Его вот уже неделю мучила бессонница. Щербатый потолок, пятна от протекающей крыши, он уже наизусть, до самых мельчайших деталей изучил свое жилище. У недомогания была причина, даже целых две. Запертый в палате, он уже до мельчайших деталей знал расписание каждого дня, недели месяца. Каждые два месяца его навещала эта странная женщина, которую он никак не мог вспомнить, но которая по словам доктора была его матерью. Память молчала, даже в груди ничего волнующе не билось при виде мучений женщины. Вот уже год она не приходила, в эту ночь исполнилось ровно 12 месяцев с ее последнего посещения.
Но не только это волновало Кристофа - единственный кому он доверял, его лечащий врач, также обделял его вниманием последние пару недель. А ведь были дни, когда они почти сутки напролет могли беседовать. Не в силах изучать потолок, Кристоф принялся мерить шагами комнату. Внутреннее напряжение требовало выхода. Отчего ему было так гадко на душе, он не мог объяснить себе. Пятнадцать в длину, десять в ширину. Он знал свою обитель настолько, что даже со связанными глазами мог найти любой предмет, благо что их было не так много. Чтение не помогало, юноша с раздражением запустил книгой в дверь, расслабление не наступало.
Кристоф бросился на кровать и накрыл голову подушкой - порой это помогало. Сон не пришел, его заменила полудрема, не приносившая никакой пользы. Скрип ключа в замочной скважине прозвучал поразительно громко в ночной тишине. Юноша словно ошпаренный кипятком, подскочил со своего места и метнулся навстречу вошедшему.
-Где вы пропадали? Вас не было столько дней! Вы решили меня бросить? - последняя фраза сорвалась с губ обезумевшего от одиночества юноши и он понял, что сказал лишнего.
-А ты скучал? - доктор смерил его насмешливым взглядом.
-Нет, ни минуты, - Кристоф тут же отступил к стене и обхватил плечи руками. Взгляд упирался в пол.
Надутые губы, блеск слез в глазах с головой выдавал истинные чувства юноши, которые он не мог скрыть.
-Зачем вы пришли? Ночь на дворе. - он упрямо не поднимал глаза на вошедшего.
-У меня один вопрос, отвечай не раздумывая: ты хочешь выйти отсюда, обрести свободу?
Кристоф тут же охнул от удивления, рванулся к мужчине, схватил того за плечи и крепко сжал их:
-Как, как такое возможно?
-Ты не ответил.
-Да! Конечно же согласен!
-Тогда бери с собой вещи и следуй за мной.
-Но...
-Не задавай лишних вопросов. Объясню все потом. Ну же, чего стоишь столбом - у нас мало времени!

0

10

Бывают такие моменты, когда боль до того сильна, что невозможно дышать. Природа придумала хитрый механизм и неоднократно испытала его. Ты задыхаешься, инстинктивно пытаешься справиться с удушьем и на миг забываешь о боли. Потом боишься возвращения удушья и благодаря этому можешь пережить горе. Там, возле могилы, я не мог дышать. Там это случилось со мной впервые.
Удушье это не единственный отвлекающий механизм. Второй – физическая боль. Но ее ты должен сам причинить себе.» Это не должна быть ежедневная боль, сопутствующая отчаянию. Не та, что начинается сразу после пробуждения и которую чувствуешь во всем теле – от кончика ногтя на большом пальце ноги до кончиков волос на макушке. Это должна быть совсем другая боль. Контролируемая и четко локализованная. Причиненная лезвием бритвы или горящей сигаретой. При этом ты замещаешь свое внутреннее страдание физической болью, которую можно локализовать. И тем самым ты перенимаешь над ней контроль.
(с) Януш Леон Вишневский

0

11

0

12

"У каждого есть свой миг, когда он превращается в дракона. Обычно это миг страха, нестерпимого, до дрожи в коленках, до холодеющих пальцев, когда желание жить вытесняет все. Когда смерть впервые оказывается рядом, и ты расстаешься с глупой детской верой в собственное бессмертие. Когда не умом и не сердцем, а жалким, трясущимся телом осознаешь - нужно или выжить, или остаться человеком..."
(с) С.Лукьяненко "Атомный сон"

0

13

- Откуда ты все это знаешь?
- Оттого что люблю тебя.
Как она обращается с этим словом, подумал Равик. Совсем не думая, как с пустым сосудом. Наполняет его чем придется и затем называет любовью. Чем только не наполняли этот сосуд! Страхом одиночества, предвкушением другого "я", чрезмерным чувством собственного достоинства. Зыбкое отражение действительности в зеркале фантазии!

(с) Эрих Мария Ремарк

0

14

0

15

"Нет ничего более приятного и изнуряющего одновременно, чем вести светские беседы с человеком, которого хочется тихо и нежно изнасиловать" (с)

0

16

0

17

– Дерьмо вся эта дипломатия, мин херц, ох, дерьмо… Врут так складно и проникновенно, глядя на тебя честными глазами, что впору заплакать от умиления и облобызать лжеца. (с)

0

18

0

19

Это не больно – только темно и стыло, словно в пустой квартире сшибать углы.
Если тоска за горло тебя схватила, ты не уйдешь, не вывернешься из мглы, будешь все так же маяться и бояться, что вдруг сломаешься, дрогнешь, не хватит сил, вспомнишь о том, что когда тебе было двадцать, душу свою ты бросил в морскую синь, будто монету – вернуться на этот берег. Жить без души спокойно и хорошо: если беда, без сомнений и без истерик ты поднимался выше и дальше шел, ты становился старше и видел больше, строже смотрел, но знаешь, твоя вина – если любовь, то только не глубже кожи, если печаль, то на вечер, в бокал вина. (с)

0


Вы здесь » Лабиринт иллюзий » Книга Заклятий » История болезни


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC